Цирконий.

Очень важным направлением использования циркония в электротехнике является его применение в электролитических конденсаторах и выпрямителях. Как известно, обычный электролитический конденсатор изготовляется из двух полосок алюминиевой фольги: одна имеет чистовую поверхность, другая протравливается и окисляется для увеличения поверхности и создания изолирующей пленки оксида; между ними — слой слабого электролита, например борной кислоты. Перспективны конденсаторы из танталовой фольги, в них может употребляться более сильный электролит. Размеры таких конденсаторов значительно уменьшаются, они могут работать при очень низких, даже космических, температурах и имеют значительно более длительный срок службы. Все это предопределило широкое применение танталовых конденсаторов в военной, космической технике и других отраслях. Для этих же целей перспективны конденсаторы и с циркониевой фольгой, так как по своим коррозионным свойствам цирконий близок к танталу и на его поверхности быстро образуется изолирующая пленка оксида. Недостатком является более высокий (в 5-20 раз) ток утечки у циркониевых конденсаторов по сравнению с танталовыми. В этом направлении ведутся специальные исследования, и в перспективе создание малогабаритных конденсаторов с циркониевой фольгой возможно. Сейчас производство циркониевых конденсаторов уже начато.

Этот искусственный циркония может применяться не только в ювелирном деле, но и в технических целях. Например, благодаря высокому показателю преломления — прекрасный материал для оптических приборов и очков: из него делают почти плоские линзы с высокой степенью увеличения. Используется он также в оптических устройствах для генераторов и в лазерной технике «окна» из могут работать в различных приборах при очень высоких температурах.

При обычной температуре — хороший изолятор, непроводник электричества, но если его нагреть до 300° С он становится хорошим проводником, и, чем выше температура, тем лучше он проводит электричество Это свойство используется в различных электротехнических приборах, где он применяется в качество специальных электродов.

О том, как перерабатываются концентраты для получения из них чистых металлов циркония и гафния, столь необходимых сегодня новой технике, ядерной энергетике, металлургии и машиностроению, другим отраслям промышленности, будет подробно рассказано в следующем разделе.

Наиболее полно разложение циркона идет в шихте калия с добавкой хлористого калия при температуре 650-700°С- Роль КС1 состоит в подавлении диссоциации с выделением 81Р4. Шихта составляется с некоторым избытком натрия по отношению к цирконию. Хлористый калий вносится в количестве 10-40% массы циркона. Компоненты шихты измельчают, перемешивают и спекают в барабанной печи при температуре около 700°С.

В восточноазиатском представлении о природе и искусстве человек — лишь часть вселенной, а не царь земли, как это представляют себе на Западе. Христианская заповедь «Овладейте землей» звучит для японцев неоправданным высокомерием. Для большинства из них самое разумное, что может сделать человек в жизни — это приладиться к ритму природы, вписаться в него, как прилаживается и вписывается храм Исэ, принять посылаемое судьбой, со всеми катастрофами, тайфунами, цунами, и постараться извлечь из каждой ситуации лучшее, что она может дать. С тех пор, как американцы и европейцы покоряют высочайшие вершины мира, японцы тоже стали совершать восхождения, и их достижения в альпинизме, в том числе первое восхождение на Эверест, совершенное женщиной, снискали им почет во всем мире. И все же без участия европейцев японцы никогда не додумались бы «покорять» горы.

Это ощущение отчетливо проявляется в японской пейзажной живописи (как, впрочем, в китайской и корейской). Никогда в центре внимания не находится человек. Иногда его присутствие обозначено лишь намеком: дымком, подымающимся над рыбачьей хижиной, крышами, выглядывающими из-за холма. Никогда человек не становится здесь мерой всех вещей.

В живописи, как и в архитектуре храма Исэ, мастерство проявляется в отсутствии лишнего, в скупости средств. В разрыве линии, намечающей склон горы, японец узнает облака. Соломенная накидка от дождя на плечах крестьянина указывает на бедность и переменчивую погоду. Другими словами, скупые штрихи — не готовая картина, а, скорее, сигналы, вызывающие отклик в душе зрителя. Здесь тоже проявляется сильная сторона замкнутой культуры, где благодаря общему вековому опыту многое не нуждается в выражении, чтобы быть понятым.

Рисунок тушью с его тонкими переходами от глубокого черного к светло-серому кажется японцу неменее красочным, чем европейцу — многоцветная картина маслом. Выполняется рисунок за короткий миг высочайшего напряжения, причем художник опускается на колени перед расстеленной на полу бумагой. Его европейский собрат по ремеслу, работающий масляными красками, может работать не спеша, сперва наметить на холсте набросок и потом долго совершенствовать его. Он может изменять цвет, пробовать разные сочетания. Его не подгоняет ни время, ни сознание, что рука может дрогнуть при последнем мазке и все произведение будет непоправимо испорчено.

Потребность в уединении, защите личного пространства у японцев мало развита, что всегда бросается в глаза иностранцам и нередко ихсмеш ит. Примеров сколько угодно: группы мужчин в аэропорту, которые в зале вылета у всех на виду раздеваются до подштанников, чтобы сменить при возвращении в Токио свободную пеструю одежду туристов на темные костюмы и галстуки; таксисты в больших городах — сколько ни перевоспитывай, а они перед тем, как посадить новых клиентов, быстренько мочатся на стену ближайшего дома; женские туалеты, куда в провинции часто можно пройти только сквозь мужской туалет; телефонные автоматы, не защищенные никакой кабиной, так что разговоры слышны всем проходящим мимо; японские отели, где по вечерам двери комнат не закрываются, чтобы члены одной группы могли свободно заходить друг к другу, а холлы напоминают рынок в выходной день; врачебные кабинеты, где принимают одновременно несколько пациентов, разделяя их лишь символической ширмой. Настоящих японцев все это совершенно не удивляет.

Сколько уговоров потребовалось в Европе, где ценят «свои четыре стены», чтобы ввести большие офисы открытой планировки! Японцам нравится работать вместе в просторных помещениях, в тесных отдельных кабинетах они чувствуют себя как в камере-одиночке.

Необходимость и потребность жить группой развилась, видимо, уже на заре японской истории, с появлением рисоводства. Выращивание риса требует большого количества воды, что в гористой Японии предполагает громоздкие и сложные оросительные сооружения. Разбивка рисовых террас, сооружение и поддержание оросительных каналов и шлюзов вынуждали каждую деревню к постоянным совместным усилиям, в то время как охота, которой занимались индоевропейские племена, развивает скорее индивидуальную отвагу и ловкость. Поэтому деревни рисоводов порождают более сплоченные общины, чем поселения охотников. Современное индустриальное общество успешно использовало в своих интересах эту древнейшую потребность в групповом взаимодействии.