Наиболее правдоподобным представляется все же мнение большинства минералогов о том, что слово «циркон» произошло путем видоизменения двух древнейших названий этого минерала: «церквин» (араб.) — ярко-красный и «царгун» (перс.) — златоцветный. И то и другое названия справедливы по отношению к циркону, который отличается богатой природной палитрой красок — от бесцветного до золотисто-желтого, розового, ало-красного. Со временем ярко-красная разновидность минерала получила второе наименование — «гиацинт». Во всяком случае, древнегреческий естествоиспытатель Теофраст (372- 287 гг. до н. э.) упоминает ярко-красный, красивый самоцвет «гиацинт», названный так в честь молодого сына царя Спарты. Римский поэт Овидий (43 г. до п. э.- 18 г. п. э.) в своих «Метаморфозах» приводит такую легенду. Юноша Гиацинт, друг Аполлона, вызвал его па состязание в метании диска. Высоко в небо бросил свой бронзовый диск могучий Аполлон, но коварный бог ветра Зефир изменил движение диска. Ударившись о землю, он отскочил и попал в голову Гиацинту, который подбежал к тому месту, где упал тяжелый диск. Замертво рухнул Гиацинт, алая кровь хлынула на его кудри и пролилась на землю. Бог Аполлон в горе и отчаянии прошептал над телом своего друга: «В моем сердце ты будешь жить вечно, так вечно же живи ты и в памяти людей». И вдруг окровавленные кудри Гиацинта превратились в красные цветы, а пролившиеся на землю капли крови окаменели и стали самоцветом гиацинтом.
Впервые название «циркон» появилось в 1778 г. И дано оно было силикату циркония (2гБЮ0 немецким ученым Брюкнером. Правда, за 25 лет до того он именовал этот минерал циркониером, но затем решил упростить это название. Есть и другие мнения насчет авторства. Например, американский минералог Дана считает, что силикат циркония назван «цирконом» немецким минералогом Вернсром в 1783 г.
По поводу возникновения этого названия есть несколько версий. Ряд исследователей полагают, что произошло оно от французского слова «жаргон» — «обманщик». Связано это с тем, что в средние века в Европе бесцветные разности циркона, обладающие идеальной прозрачностью, сильным блеском и игрой цвета, зачастую выдавались за восточные бриллианты. Их действительно было трудно различить. В литературе встречаются и другие версии, в частности о происхождении названия «циркон».
Из него делают оболочки, корпусы для урановых стержней, для так называемых — тепловыделяющих элементов ядерных реакторов. Поэтому цирконий часто называют «одеждой» для урана. Цирконий и его самые различные соединения стали применяться и во многих других отраслях техники и промышленности: в металлургии, в производстве различных сплавов, огнеупоров, стекла, в легкой промышленности и т. д.
В отличие от циркония гафний — один из самих сильных поглотителей нейтронов. Он почти не пропускает их через себя. Это его свойство используется для создания регулирующих стержней атомных реакторов на тепловых нейтронах, а также для сооружения защитных оболочек. Соединения гафния применяются и в других областях, в частности в жаропрочных сплавах и т. п.
Помимо того, что циркон является главным минералом для получения циркония, гафния и их соединений, сам он в виде так называемого песка, точнее, концентрата, содержащего 90% и более мелкозернистого циркона, очень широко применяется для производства противопригарных обмазок, различных огнеупоров, керамики, абразивов, и др. Для этих целой идет неизмеримо больше циркона, чем для получении чистого циркония и попутного гафния. Миронов производство концентратов достигло к середине 80-х годов почти 750 тыс. т в год и продолжает расти.
Научно-техническая революция, бурное время которой мы сейчас переживаем, потребовала для развития многих отраслей — энергетики, металлургии, машиностроения, авиа-, ракетостроения и др.- применения принципиально новых материалов, с невиданными ранее свойствами. Таковыми в начале 50-х годов стали металлы цирконий и сопутствующий ему гафний. И цирконий и гафний получают из одного довольно распространенного минерала земной коры — циркона. Этот камень с незапамятных времен почитался как драгоценный. Так, «злато-цветным камнем» — царгуном — он оставался очень долгие годы. Потом у него появилось множество других названий — гиацинт, жаргон, яхонт и др., но до нас этот минерал дошел как циркон, видоизмененное камень.
Циркон, представляющий собой силикат циркония с примесью гафния, стал в наши дни главным сырьевым источником для получения двух важнейших редких металлов — циркония и гафния. Очищенный от примесей цирконий — единственный металл, который практически полностью пропускает нейтроны. «Прозрачный» для нейтронов, по прочный, стойкий при очень высоких температурах и в любых агрессивных средах, этот металл стал незаменимым в ядерной энергетике.
До чего у японцев все иначе, особенно в головах, я хочу подтвердить напоследок еще одной небольшой историей. Ее герой — банковский служащий Ёсио Табаги, который выиграл поездку в Германию и оказался в городе Ротенбурге. Там он хотел подняться на башню ратуши и встал в очередь, а поскольку время тянулось долго, он, по нехорошему обычаю, распространенному во всем мире, нацарапал на деревянной балке свое имя. Другие японцы заметили его поступок и рассказали об этом дома. Вернувшегося Табаги встретила буря возмущения. В прессе и по телевидению его осыпали упреками, соседи и начальство на работе выражали ему осуждение: ведь Табаги опозорил не себя, а свою группу, в данном случае всю Японию. Бедняге ничего не оставалось, как отправиться — на этот раз за собственный счет — обратно в Ротенбург, чтобы извиниться перед бургомистром за свое хулиганство. Таким образом мировая гармония была восстановлена.
На этом я прощаюсь с вами, многоуважаемые читатели, и сердечно благодарю за внимание. Как говорят японцы, уходя из гостей: сицурэи симасита («простите, что надоедал вам»).